Есть контакт!

Есть контакт!




          Послышались какие-то громкие заунывные звуки. Я встрепенулся и напряг внимание. Это были голоса. Но, опять-таки, сильно растянутые во времени. Каждый говоривший старательно замедлял слова, и вместо осмысленной речи получалось нечто похожее на призыв муэдзина к намазу. С той лишь разницей, что у того голос возносился до пределов человеческих возможностей, а здесь наблюдался обратный процесс: тональность была сильно занижена. Плюс ко всему, очень мешало эхо, разносившееся по гостиной. Ясности оно не добавляло.
          - ВОВЧИК НА МОЯ КРИЧИ, - с большим трудом разобрал я изменившийся голос Помогая.
          - КОГДА ЭТО ОН УСПЕЛ НА ТЕБЯ НАКРИЧАТЬ? - так же тягуче и не своим голосом отвечала ему Настя. - Я ВЕСЬ ДОМ ОБЫСКАЛА. ЕГО НИГДЕ НЕТ.
          Не обращая внимания на адскую боль в ступнях и забыв воспользоваться "услугами" клещей, я резво подбежал к краю балкона и заглянул в пропасть. С такой высоты гигантские фигуры смотрелись более-менее естественно и я с радостью узнал в них Настю и Помогая. Они стояли по разные стороны стола и смотрели друг на друга. Настя - возмущённо, Помогай - как бы к чему-то прислушиваясь.
          - ТВОЯ НЕПРАВИЛЬНО ПОНИМАЙ, - промычал Помогай, двигаясь так же медленно, как и говоря. - ВОВЧИК НА МОЯ НЕ РУГАЙ. ВОВЧИК ЗДЕСЯ КРИЧИ. - При этом он степенно поднёс руку к голове и несколько раз постучал указательным пальцем по виску.
          Когда я разобрал эти его слова, у меня от радости аж дыхание перехватило. Я запрыгал в опасной близости от обрыва и заорал, что есть мочи:
          - Помогай!!! Я здесь!!! Я здесь!!! Ты меня, правда, слышишь?!!
          Пока я изливал свои эмоции, Настя медленно подбоченилась и прогудела:
          - НУ И ЧТО ЖЕ ОН КРИЧИТ? Я ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕ СЛЫШУ.
          Тот медленно повернулся, оглядывая помещение, и ответил:
          - ВОВЧИК ЗДЕСЯ. ОНА РАДУЕТСЯ, ЧТО МОЯ СЛЫШИТ.
          Настя тоже стала оглядываться по сторонам. При этом лицо её выражало растерянность и возмущение одновременно.
          - ЧТО ЗА ЕРУНДА? ГДЕ ЗДЕСЯ? - прогудела она, чуть выше тональностью, но всё так же мучительно медленно. - ЧЕГО ОН ВЗДУМАЛ С НАМИ В ПРЯТКИ ИГРАТЬ?
          Пока Помогай открывал рот, чтобы ответить ей, я прокричал, сложив руки рупором:
          - Я стал очень маленьким!!! Как муравей!!!
          Можно было бы и не драть глотку, если уж на то пошло. Помогай мои мысли и так слышал. Но мне не терпелось донести до них истину, а они, как назло, двигались, говорили и, что самое главное, соображали очень медленно.
          - ОНА НЕ ИГРАТЬ, - покрутил Помогай своей тяжёлой головой. - ОНА СТАЛА МАЛЕНЬКИЙ. ТАКОЙ БЕДА.
          Настя перестала оглядываться и с усмешкой уставилась на Помогая:
          - Я ЭТО И ТАК ЗНАЮ. НИКАК НЕ ВЫРАСТЕТ. ВСЁ В ИГРУШКИ ИГРАЕТ.
          Я с досады аж ногой топнул, а Помогай в это время отрицательно крутил головой и говорил:
          - ТВОЯ НЕПРАВИЛЬНО ПОНИМАЙ...
          - ДА УЖ! - вырвалось у неё во время его тирады.
          - ...ОНА ТЕПЕРЯ МАЛЕНЬКИЙ, - при этом он поднял руку и свёл вместе указательный и большой пальцы: - КАКАЯ МУРА... ЛЕЙ? - Слово было ему явно незнакомо.
          Настя издала какой-то неопределённый сдавленный звук. Скорее всего, это была усмешка. А я подсказал своему переводчику:
          - Рост - половина миллиметра!
          Но, опять-таки, наши меры длины ему были плохо или совсем незнакомы (явное упущение в Настиной системе образования!), и он выдал:
          - ПОЛОВИНА МЕТРА.
          Выражение лица Насти сменилось на недоумённое, а я выкрикнул раздельно:
          - Милли! Метра!
          Чем его ещё больше запутал. Он склонил голову набок и неуверенно проговорил:
          - МОЯ ПЛОХО ПОНИМАЙ ВОВЧИК. ОНА ГОВОРИ: МИЛЫЙ. ЭТО КАКАЯ? ЭТО ХОРОШАЯ?
          А Настя вообще всё приняла на свой счёт:
          - ПОДЛИЗЫВАТЬСЯ НАДУМАЛ! ПУСТЬ ЛУЧШЕ СКАЖЕТ, ГДЕ ОН?
          Я махнул рукой на таблицу мер и весов и радостно закричал:
          - Да здесь я!!! Здесь!!! На балконе!!!
          Помогай, прикрыв глаза, медленно покрутил головой туда-сюда, видимо, в недоумении потряс ею, и неуверенно произнёс нараспев:
          - БА-ЛА-КО-НИ... ЭТО КАКАЯ?
          Да... Словарный запас Помогая оставляет желать много лучшего. Что же делать?
          Я решил упростить формулировку:
          - Помогай! Я стою около мастерской! Меня надо искать с...
          И запнулся. Ну, вот как плохо знающему русский язык объяснить, что такое увеличительное стекло? Лупа, что ли? Или так: микроскоп? Что ж, попробуем:
          - Ищи меня микроскопом!
          Я не был уверен, что он меня понял. Он, кстати, тоже. Я уже настроился на его телепатическую волну. Почувствовал её. Она оказалась довольно сильной. Как это я сразу не ощутил? И вот по ней-то я ему и передал образ, будто под лупой разглядываю муравья. А рядом с ним пририсовал себя.
          И он понял! Развернувшись, он медленно (ну, ужасно медленно!) подошёл к окну и, постучав пальцем по стеклу, радостно промычал:
          - ТАКАЯ! ОНА ДЕЛАЙ БОЛЬШОЙ! - И опять замялся, произнося незнакомое слово. - МОКРА... МАКРО...
          - ГОССПОДИ! - взвыла моя Настасья. Это мне так услышалось, что она взвыла. На самом деле она, видимо, поняв, воскликнула: - МИКРОСКОП, ЧТО ЛИ?!
          Честно говоря, меня уже сильно раздражала эта наша с ними разница в темпах жизнедеятельности, но куда ж было деваться? Хоть хилый, но контакт.
          Помогай стал совершать замедленнные колебания головой, выражая согласие, а Настя опять принялась озираться:
          - БРЕД КАКОЙ-ТО... ЗАЧЕМ ЕМУ МИКРОСКОП?
          - Гос-с-споди! - теперь уже взвыл я и с досады пнул сцепившихся из-за добычи клещей, устроивших возню у самых моих ног. - Да не мне нужен микроскоп! А вам! Чтоб меня найти!
          От моего толчка пара повздоривших "бурдюков" полетела вниз. Но по какой-то неправильной траектории. Сквозняк подхватил их и понёс куда-то в сторону. Скоро они исчезли из виду в бесконечном пространстве гостиной.
          - ОНА ГОВОРИ МИКРОСКОП НАДА НА МОЯ, - не совсем уверенно прокомментировал мои слова Помогай. - ТАКАЯ НАДА ВОВЧИК ИСКАЙ.
          Настя шумно выпустила из ноздрей воздух (надо полагать - вздохнула) и, качая головой, проговорила, ещё медленнее произнося слова:
          - НЕ В ГАВНО, ТАК В ПАРТИЮ. ОПЯТЬ С НИМ, НЕ ПОНЯТЬ ЧЕГО, СТРЯСЛОСЬ. - И повернулась к выходной двери: - СЕЙЧАС ПОИЩУ ЧТО-НИБУДЬ ПОХОЖЕЕ...
          - Да не надо никуда ходить!!! - закричал я, чувствуя, что решение проблемы оттягивается ещё часа на полтора: пока она там поищет "что-нибудь похожее", я тут с голоду подохну! - Стекло лежит у меня в мастерской!!! Помогай!!! Скажи ей!!!
          Тот даже как-то дёрнулся (может, мне и показалось) и потянулся к Насте:
          - ВОВЧИК КРИЧИТ: СТЕКЛО МАСТЕРСКАЯ ЛЕЖИТ...
          - Возле мольберта!!! - дополнил я координаты.
          - МАЛЬБЕРТА ЛЕЖИТ, - как попка повторил Помогай, страшно растягивая слова.
          Настя повернулась к нему, и глаза её блеснули стальным отливом. Такое у неё бывает, когда ей что-то сильно не нравится. Цвет глаз у неё непостоянен и зависит от настроения. Она сунула руки в карманы халата, поджала губы, повела глазами по комнате, как бы обращаясь ко мне тоже, и решительно заявила:
          - ЗНАЕТЕ ЧТО? НЕКОГДА МНЕ ТУТ С ВАМИ В ПРЯТКИ ИГРАТЬ. МНЕ ВИТЬКУ ПОРА КОРМИТЬ. ВОТ ТАК! ЗОВИТЕ СВОИХ ПАШЕК-САШЕК И ПУСТЬ ОНИ САМИ ТУТ РАЗБИРАЮТСЯ! И С МУРАВЬЯМИ, И СО СТЁКЛАМИ! ВСЁ У ВАС КАК-ТО НЕ ПО-ЛЮДСКИ!
          Я с тоской ждал, когда она проговорит свою гневную тираду и удалится. Слов было так много, и говорила она их так долго! Я ведь с самого начала фразы понял, что кина не будет: помощи от неё я не дождусь. А жрать уже хотелось неимоверно! И жажда мучила. Так что, как и было мною предсказано, мелкая проблема не преминула перерасти в категорию глобальных. Ждать много не пришлось.
          Настроение моё вконец испортилось. Я опустился на пол недалеко от края балкона, чтобы не терять из виду фигуру Помогая, и понурил голову.
          Кстати сказать, Настина выходка его тоже обескуражила. Он стоял и смотрел, как она поднимается по ступеням с гордо поднятой головой.
          Я не выдержал этой затянувшейся сцены и заорал:
          - Помогай!!! Зови Пашку!!!
          И тут со мной приключился конфуз.
          Я совершенно забыл об осторожности. И расплата не замедлила наступить.
          Неизвестный мне визитёр закончил свои дела в моей мастерской и, так же, как и вошёл, вновь резко распахнул двери. Я так полагаю, что это была Глашка. Настя всё-таки выполнила свою угрозу и прислала её прибраться у меня в "берлоге". Но это всё - мои догадки. Ничего разглядеть я не успел. Да и не смог бы: колонна полностью закрывала собою обзор. Зато для порыва ветра, возникшего при открывании двери, это обстоятельство совсем не представило проблемы. В мгновение ока я был подхвачен вихрем сумасшедшей силы и брошен в бездну, о боязни которой не так давно говорил.
          Можете представить мои чувства, когда я оказался в свободном полёте? Испугался - это мягко сказано. Слишком мягко! Я чуть с ума не сошёл от страха и уже приготовился к самому худшему. Однако, несколько мгновений спустя, когда прошёл первый шок, и я оказался способен наблюдать и анализировать, мною было замечено, что никакое "же" на меня не действует и я, вместо того, чтобы камнем падать вниз с оговоренным ускорением, лечу, кувыркаясь, по замысловатой траектории. Даже как будто бы и вверх! Потом направление полёта несколько раз менялось - и в горизонтальной, и в вертикальной плоскостях. А кончилось дело тем, что я, при очередном кульбите, воткнулся вниз головой во что-то мягкое и очень вкусно пахнущее. Это я сразу унюхал!
          Мои страдания были вознаграждены: я имел удовольствие приземлиться в тарелке с салатом, что стоял на столе посреди гостиной.
          Исходя из того, что наш дом в данное время оказался пристанищем массы людей совершенно разных возрастов и вкусов, Глашка следила за тем, чтобы угощение на столе не иссякало, и любой желающий мог по своему усмотрению удовлетворить голод, не дожидаясь специального приглашения.
          Вот в этом-то кулинарном раю я и закончил свой сногсшибательный полёт. Да ещё и мордой в салате!
          Не отходя от кассы, я стал срочно пополнять истощившиеся ресурсы организма. Наконец-таки проблема питания отошла на задний план. Одной дольки помидора мне хватило и наесться, и жажду утолить, ещё и вымазаться, как свинья. А помидора даже ничуть не убавилось. Мне так показалось. Габариты мои не шли ни в какое сравнение с размерами предложенного блюда.
          И вот, когда я, сыто икая, отвалился на подвернувшуюся помидорную семечку, на удивление оказавшуюся очень удобной формы, я, наконец, обратил внимание, что народу в гостиной прибыло!
          Поначалу что-либо разобрать я вообще ничего не мог. Создавалось впечатление, что помещение атаковало стадо мастодонтов! Все "мастодонты" мычали наперебой и произносили очень много лишних слов. Ну что ж, пусть поговорят. У меня теперь время есть. Жратвой я обеспечен на годы вперёд, и меня их многословие теперь мало раздражало. Сытый желудок не способствовал работе ума.
          Я молча сидел на своём постаменте, разглядывал столпившихся вокруг стола гигантов, и с трудом узнавал до безобразия увеличившиеся портреты. Когда я смотрел с высоты балкона, изображение фигур и лиц мало отличалось от привычного. Но сейчас, когда я переместился к ним вплотную, все размеры приводили меня в невольный трепет. Внимание отвлекали мелкие подробности лиц и одежды. Приходилось напрягать всю свою волю, чтобы прислушиваться к тому, что складывалось осмысленного из грохочущих в комнате завываний.
          Десант прибыл из Ярославской области в полном составе. Все были возбуждены тамошними подвигами, перебивали друг друга, и не сразу въехали в то, что пытался донести до них Помогай. Пашка, так вообще был недоволен, что его оторвали от интересного занятия. И только когда прозвучало слово "беда", все притихли и начали вникать.
          Но Помогай мало чего усвоил из наших с ним переговоров. Своим детским лепетом он только вызвал ещё больше вопросов, и мне пришлось пожалеть его. То есть, самому выйти на связь с Пашкой. Я уже нащупал информационные потоки (назовём это так) всех присутствующих, но уверенности, что они все услышат мой хилый телепатический голосок, у меня не было. Поэтому, когда Пашка спросил о моём местонахождении, я протелеграфировал:
          - Я здесь, Паш! Прямо перед твоим носом!
          У того брови поползли вверх, глаза выкатились и он, весь обратившись в слух, спросил у окружающих:
          - ЭТО ВСЕ СЛЫШАЛИ? ИЛИ У МЕНЯ ГЛЮКИ?
          Помогай с радостно оскаленной физиономией закивал и подтвердил:
          - МОЯ ТОЖЕ СЛЫШАЛИ! ЭТО ВОВЧИК СКАЗАЛА!
          Игорь стоял с независимым видом и пожимал плечами, Санька молча загружал себя за стол. Прямо перед моей тарелкой!
          Пашка окинул площадь стола мутным взглядом, и недоверчиво переспросил:
          - А ЕЩЁ КТО-НИБУДЬ СЛЫШАЛ?
          Санька шумно вздохнул, отчего надо мной моментально закрутился смерч, и недовольно промычал:
          - НУ, Я СЛЫШАЛ...
          Я, что было сил, вцепился в несчастную семечку, давшую мне пристанище, и возмущённо заорал:
          - Если Санька ещё раз так вздохнёт, то меня унесёт к чертям собачьим! Поаккуратней дышите, пожалуйста! Я здесь, в тарелке с салатом! Раскройте глаза, мать вашу!
          Обе физиономии медленно, и недоверчиво щурясь, приблизились к моим "апартаментам".




Предыдущая глава

На Главную

Следующая глава